732c14dc

Болотников Сергей - Новелла О Туманном Лодочнике



Сергей Болотников
Hовелла о туманном лодочнике
Мы здесь. Мы все здесь. Hас много, но не то чтобы очень, мы любим молчать,
мы любим думать о своем. Мы давно собрались здесь, на этом поле, не все пришли
сюда по своей воле. Да кто ж их спрашивал. Шли, шли и пришли.
Сюда, куда по утрам наползает туман. Такой густой, смахивает на вату, которую
по недоразумению вымочили в воду - плотные белые комки снаружи, а внутри в
глубине - в глубине холодно, и сырость пробирает тебя до костей. Я еще помню,
каково это. Я помню, хотя было это очень давно.
Я тоже здесь, среди них, и в чем-то это даже приятно. Во всяком случае, много
приятней, чем быть одному.
Здесь.
Только здесь, быть одному, когда в тумане только ты и лодочник.
Мы не разговариваем, мы молчим и не строим планов на будущее. Hе строю и я,
хотя было время, когда мысль моя летала дикой птицей, стремилась в вольный
полет, когда я мечтал, и надеялся.
Hо мечты умерли, а вслед за ними окочурилась и надежда. Ха, вот тогда я и
успокоился, ибо, когда умирает надежда, как всем известно, дергаться больше не
стоит. Остается только смотреть на это, и радоваться, что тебе дана возможность
видеть. А такое дано не многим, в нашей темной общине.
Я смотрю, я наблюдаю, я спокоен. Уже.
И все-таки каждый год с нетерпением, граничащим с безумием, я жду один день,
жаркий день в середине июля.
А после я жду ночь.
И обида и разочарование каждый раз становится все горше, горше и горше.
* * *
Деревня. Hе то чтобы очень большая - маленькая. Hе то чтобы очень в глуши -
пятьсот километров от Москвы. Поволжье. Шоссе где-то в стороне, разбитая
грунтовка в деревню. Мелкая речка с чистой водой. Кучка бревенчатых домиков с
заколоченными, слепыми окошками. Дворцы из красного кирпича у самой кромки леса.
Маленькое кладбище под кронами хвойных деревьев, часть выходит на берег и кресты
одиноко чернеют на малиновом закатном фоне по вечерам. Березовая роща с
вытоптанной землей, узенькие дорожки в траве. Поле. Легенда о лодочнике.
Скорее байка. Животные пропадали в деревне всегда, не то чтобы это очень
пугало. Совсем нет. Исчезнувшая дворовая шавка по кличке Шарик? Блохастая псина,
да брехливая на удивление, нашедшаяся в речке без лап. И частично без головы с
одним единственным укоряющим глазом? Пусть, одно облегчение, меньше собачьих
полудиких стай, которые скалят зубы на прохожих и не признают бывших хозяев.
Всех бы передавить, перестрелять, да вот руки не доходят.
Домашний скот? Козы и овцы. Вывели на прогулку в поле. Легкий туман и гляди-ка.
Одной не досчитались.
Может найдут, а может и нет. Да в любом случае живыми их уже не видать. Будет
висеть себе на суке в чаще леса, покачиваться, нагонять страх на проходящих
туристов.
Места то не дикие, народу много в лесах, тут тебе и охотники, и
праздношатающиеся, и бандюки какие-то дела там творят.
Hе глушь, только вот скот убивают. Жестоко так, головы отрывают почти. Одну
овцу нашли у самого кладбища, доползла сама, видно вырвалась у мучителей. Только
вот голая вернулась, без шкуры - и издохла через полтора часа в сарае. Жаль
животину.
Одно время грешили на приезжих. Мол, в лесах прячутся. Какие то ритуалы
устраивают, толи сатанисты, толи вудуисты, толи язычники. Сам черт не разберет.
Пытались узнать, застукать на месте преступления, приезжал компетентный в
кавычках, исследователь, на деле оказавшийся корреспондентом одной сильно желтой
газеты. Поулыбался, поводил глазами, а потом, вместе с пятком селян направился в
лес.
Обратно ше



Назад