732c14dc     

Бор Алекс - Ах, Прица-Тройка, Перестройка! (Фрагмент)



АЛЕКС БОР
Ах, птица-тройка, перестройка!
История из 1988 года
(фрагмент ненаписанного романа)
Если говорит честно, я не собирался идти на факультетское
отчетно-выборное комсомольское собрание. Зачем сидеть и терять драгоценное
время, выслушивать нудный отчет секретаря комсомольского бюро о
проделанной в течение прошлого года работе, которая, по сути дела, велась
только на бумаге, и об их планах на текущий год, о которых все забудут
сразу же после их единогласного принятия? Куда лучше заняться чем-нибудь
более важным - например, начать готовиться к очередному семинару по
русской литературе, до которого осталось всего два дня, или завалиться на
диване с интересной книгой, не обязательно по программе...
Однако перед началом первой лекции к нам в 25-ю аудиторию забежала
секретарь комсомольского бюро факультета, стройная черноволосая и
черноглазая девушка, студентка третьего курса. Ее имени я не знал, хотя не
раз сталкивался с ней в коридорах филфака.
- Это второй курс? - поинтересовалась девушка.
Получив утвердительный ответ, она поднялась на подиум и громким зычным
голосом - и откуда только силы взялись? - прокричала:
- Товарищи! Внимание, товарищи!
Гул, висевший до этого момента в стенах 25-й аудитории, наполовину
заглох, но не стих окончательно.
- Внимание, товарищи! Сегодня в пятнадцать часов состоится
отчетно-выборное комсомольское собрание!
Что тут началось! Гул мгновенно увеличился в несколько раз, словно в
аудиторию залетел рассерженный пчелиный рой.
- Да тише вы! Как маленькие... Повторяю, - девушка пыталась перекричать
разноголосый гул, - сегодня в пятнадцать часов. В "предбаннике" уже
вывесили объявление... Попрошу комсоргов групп обеспечить явку. Прошлое
собрание было сорвано именно по причине неявки... Сегодня в пятнадцать
часов, - повторила она. И, не дожидаясь, когда на ее голову обрушат громы
и молнии расстроенные второкурсники, по-птичьи выпорхнула из аудитории.
Но едва она покинула нас, как в дверном проеме возник высокий мужской
силуэт, и в аудиторию вошел Вальдемар Ярополкович Кузькин, преподаватель с
кафедры русского языка. ВЯК - так его за глаза прозвали студенты. Кузькин
вел занятия по словообразованию и морфологии в двух учебных группах
второго курса, в том числе и в той, где числился я. Можно считать, что
нашей группе повезло - Кузькин прекрасно знал свой предмет и того же
требовал от нас. Некомпетентность в сфере любой профессиональной
деятельности он считал величайшей бедой нашего времени. "Я сделаю из вас
специалистов", - заявил он нам на первом занятии. И начались хождения по
мукам... Семинары по современному русскому языку превратились для многих
из нас в изматывающий марафон, после которого минимум полчаса нужно было
"зализывать раны". В особенности тем из нас, кто приходил на занятия
неподготовленным, намереваясь отсидеться, послушать, что будут говорить
другие. К таким горе-студентам Кузькин был беспощаден. "Вы пришли в
университет за знаниями, - громогласно говорил он, - так что извольте
учиться..."
Но главная наша беда заключалась в том, что ВЯК был секретарем партбюро
факультета. Быть может, именно по этой причине все его лекции и семинары
начинались с политической информации. Разговор начинался о событиях,
происходящих как на факультете, так и по всей стране. Говорил, как
правило, один Кузькин. Он обладал громким, выразительным голосом, излагал
свои мысли грамотно и последовательно, и слушать его речи было просто
приятно. Ну а девушки вообще млели, п



Назад