732c14dc     

Бор Алекс - Праздник Грусти



АЛЕКС БОР
ПРАЗДНИК ГРУСТИ
Этюд
Мне страшно с Тобою встречаться,
Страшнее - Тебя не встречать...
А. Блок
Посвящается Л. К.
.. Огненно-красные розы жарко пылали во мраке пустого и холодного
коридора, источая тонкий, едва уловимый аромат, наполняя мертвое и
негостеприимное пространство жарким дыханием солнца, лазурным простором
небес, тихим шорохом степных трав и глухим шепотом далеких звездных миров
- весь необъятный и неисчерпаемый мир, все богатство красок Вселенной
принесли в этот чужой и враждебный мир маленькие пурпурные бутоны, похожие
на крохотные живые фонарики, во мраке свинцовой ночи зажженные чьей-то
доброй и великой рукой. И не было в созданном богом мире цветов,
прекраснее этих...
Бутоны пылали, освещая густой сумрак, сквозь вязкую пелену которого, не
жалея сил, пробивался тонкий лучик света, что шел из распахнутой настежь
двери, открытой в темной глубине коридора...
Из двери, что вела куда-то совсем в другой мир, вырывался этот
живительный свет. Его острый луч клинком разрубал плотную и липкую
темноту, рассеивал тяжелый клейкий сумрак, и, отраженный от грязно-белых
стен, упирался в бетонный потолок - последнее препятствие на пути к
свободе. На границе света и тьмы - границе контрастной, без полутонов и
переходов, в загадочном дъявольском танце кружились серые пылинки -
мельчайшие частицы окружающего свет мрака. Они ярко полыхали холодными
голубоватыми огоньками, сверкали колючими искрами - искрами острыми,
злыми, но мертвыми и холодными, как тухлые болотные огни.
А она стояла внутри светового луча - девушка б облаченная в
серебристо-белое платье, расшитое разноцветными блестками, которые,
радостно сверкая, переливались, озаренные теплым сиянием ласкового света.
Черный поясок подчеркивал стройную тонкую талию девушки - нет, не
девушки даже, а маленькой девочки, почти ребенка... На ее невысокой груди
робко присела отдохнуть серебристая бабочка-брошка - она была бы почти
незаметна на ярком серебре платья, если бы не черный окаем вокруг
крылышек. Длинные золотистые волосы волнами облегали маленькие детские
плечи, никогда не знавшие сладкого жара объятий...
Световой луч вырисовывал полу-реальные, иллюзорно-призрачные очертания
невысокой девушки-ребенка, неожиданно возникшей посреди тьмы. И со стороны
могло бы показаться, что эта девушка - маленький кроткий ангелочек, только
что спустившийся с запредельных небес на нашу Землю. Он, ангелочек,
спустился и ждет, когда доброе утреннее солнце рассеет наконец злые чары
ночи, и можно будет без страха шагнуть навстречу чужому, а оттого
враждебному миру...
Мерцание струящегося света нежно ласкало маленький силуэт девушки, и
оттого казалось, что источник света находится не за дверью, а исходит от
самой девушки. И был он столь тонким и беззащитным, этот свет, что,
казалось, не пройдет и доли мгновенья, как рухнет, расколовшись на части,
хрупкое небесное стекло, разлетятся во все стороны живые осколки, и
враждебный вал тьмы раздавит беззащитный в этом чужом для него мире лучик
живого света, погубит небесную девушку, этого маленького и беззащитного
ангелочка, посланца другого мира, который еще не может знать, что новый
для нее мир может быть враждебным и злым...
И вдруг - словно в затухающий костер бросили вязанку хвороста, кинули
пучок сухого валежника - это в руках юного ангела оказались огненные
цветы... И в следующее мгновенье ее напряженно сжатые губы осветила
лучистая улыбка, глаза озарил теплый свет, и они засияли небесным огнем,




Назад